Первой дымовой трубы, построенной ещё в 1961 году, у Петропавловской ТЭЦ-2 больше нет. Прошлой весной после аварии, в которой уцелело несколько десятков метров трубы, долго думали: то ли достроить железобетонную конструкцию до нужной высоты, то ли снести её до основания. После обследований и расчетов было решено: только строить заново.

Оно и понятно. Первая дымовая труба отработала своё ещё в 2011 году спустя отмеренные ей 50 лет после ввода в эксплуатацию. Летом 2013-го трубу всё-таки решили обследовать, чтобы оценить её техническое состояние. Специалисты экспертной тэоошки выдали многостраничное заключение, суть которого сводилась к тому, что труба “ограниченно работоспособна”. То есть эксплуатировать её можно, но при условии проведения капитального ремонта.

Труба Петропавловской ТЭЦ-2 — это конструкция высотой 150 метров. Её внешняя часть — железобетон. А изнутри трубу от горячих агрессивных газов защищает футеровка — кирпичная кладка и специальное покрытие.

В техническом заключении 2013 года описаны многочисленные разрушения трубы снаружи площадью до 400 квадратных мет­ров, вплоть до оголения арматуры. Звучит угрожающе, но экс­перты тем не менее отнесли эти дефекты к категории “Б”, то есть не представляющие опасности разрушения прямо сейчас.

А вот футеровка оказалась совсем негодной. Её дефекты как раз отнесли к повреждениям категории “А”, представляющим опасность разрушения. Трубу условно поделили на 14 звеньев и подробно описали состояние каждого: площадь и глубину разрушения.

За эти 50 лет внутренней поверх­ности трубы, конечно, досталось. По всей площади зафиксированы разрушения кирпичной кладки участками до 300 квадратных метров. Одиннадцатое и двенадцатое звенья оказались среди самых поврежденных: футеровка там разрушилась на глубину 3 сантиметра на площади 302,4 и 300,4 квадратного метра соответственно.

Именно на этих участках (а таких звеньев насчитали семь) экс­перты рекомендовали даже не ремонт, а демонтаж внутреннего слоя и полное его восстановление.

Это заключение было готово к концу лета 2013 года, когда на носу был новый отопительный сезон. В техническом заключении так и написано: “В связи с невозможностью проведения восстановительных работ в зимний период необходимо запланировать капитальный ремонт трубы на 2014 год”. Ремонт трубы следующим летом действительно начнут. И будут делать по чуть-чуть, работая не больше месяца, на протяжении следующих четырёх лет.

Вопреки логике, которая требует наиболее повреж­денные участки ремонтировать в первую очередь, с заменой внутреннего слоя трубы на одиннадцатом и двенадцатом звеньях тянули аж до 2017 года. В графике работ на то лето они указаны, включены в сметы. Но актов выполненных работ на них нет. Зато гораздо позже, 2 октября 2017-го, когда работу по ремонту трубы давно приняли, тогдашний директор станции Виктор БАРМИН пишет и. о. гендиректора “СевКазЭнерго” служебную записку. В ней он просит согласовать заключение допсоглашения с подрядчиком об изменении объёма работ, не меняя при этом сумму по договору. В этом допсоглашении работ на злополучных звеньях уже нет.

Интересно, что ещё весной 2017 года в актах по результатам ежегодного осмотра зданий и сооружений ПТЭЦ-2 звенья №11 и 12 указываются как аварийные, с разрушенной футеровкой. А в последующих аналогичных актах информации по ним нет, будто разрушения там устранены.

И вот в марте 2022-го труба вдруг рухнула. Не надломилась и сломалась, а именно рассыпалась на мелкие кусочки. Случилось это на отметке злополучных аварийных звеньев №11 и 12. Под огромным весом повредилось и десятое звено.

Теперь спустя год после аварии уголовное дело о халатности рассматривает суд. Подсудимых трое: бывшие директор ПТЭЦ-2 Ержан КОНЫРБАЕВ, главный инженер Сергей ТОРОХТИЙ и начальник котельного цеха Сергей МАРЧЕНКО. В обвинительном акте подробно описано, как доживала своё первая дымовая труба: с самого начала отопительного сезона вся её верхняя половина была покрыта мокрыми пятнами конденсата, который, замерзая, разрушал бетон. Руководство станции обвиняют в том, что оно не придало этому должного значения и не прекратило экстренно эксплуатацию трубы.

Больше этим троим предъявить, по сути, и нечего. Конырбаев заступил на должность руководителя станции за 10 месяцев до аварии. А Торохтий и Марченко приступили к своим новым обязанностям и вовсе в самом разгаре того отопительного сезона. В события прошлых лет следствие не углублялось. А те люди, которые долгое время управляли делами на Петропавловской ТЭЦ-2, сейчас приходят в суд свидетелями.

Накануне того рокового отопительного сезона на станции случился массовый исход сотрудников из числа руководящего состава. В мае 2021 года должность директора ТЭЦ-2 покинул 67-летний Виктор Бармин, который руководил станцией с 2003-го. Ещё какое-то время он работал советником гендиректора АО “СевКазЭнерго”. Но три месяца спустя и сам гендиректор Игорь ТАТАРОВ покинул компанию после долгих лет работы в Петропавловске. А ещё ушли опытный главный инженер ТЭЦ-2 Вадим ЯГОДИН и руководитель котельного цеха станции Анатолий МАЛАШЕНКО. В августе, накануне начала отопительного сезона, по собственному желанию уволился Андрей СЕМАХИН — руководитель управления модернизации и ремонта. Именно это подразделение контролировало все ремонтные работы на станции, в том числе реконструкцию первой дымовой трубы. В суде Семахин рассказывал, как лично поднимался на трубу, перед тем как подписать акты приемки, и заверял, что все необходимые работы проведены в полном объёме. При этом Семахин был единственным сотрудником ТЭЦ-2, кто осматривал трубу после ремонта. Остальные члены комиссии подписывали акт не глядя, о чём откровенно признаются сейчас в суде.

- ТЭЦ работала как сельская кочегарка, — говорит Ержан Конырбаев. — Я был готов к трудностям, конечно, но это превзошло все ожидания. Дисциплины толком нет: тут мазут воруют, тут инструкции не выполняют. И износ оборудования большой. В первые дни, когда знакомился со станцией, обнаружил аварийное состояние оборудования на подводном канале. Его могло унести течением, это грозило бы остановкой станции. Отремонтировали срочно. Через месяц из-за предельного износа трубопровода случился разрыв напорного коллектора, произошла аварийная остановка всей станции, нас тогда отключили от энергосистемы страны. И так постоянно: едва заканчиваем ремонтировать одно — ломается что-то другое. В том сезоне с декабря по март случился 71 отказ только на котлоагрегатах. И больше всего аварий на котлах было в марте — 26.

Кстати, и обвинение указывает, что одной из главных причин образования конденсата и дальнейшего разрушения трубы является как раз нестабильная работа котлов станции. И даже приводит статистику: почти 2,5 месяца из шести на дымовую трубу №1 работало один-два котлоагрегата, а должно было пять.

Почти восемь лет за работой этих котлов на Петропавловской ТЭЦ-2 следил машинист Юрий ЧЕФОНОВ. Вместе с бригадой контролировал датчики, фиксировал аварийные ситуации, останавливал котлы, а потом снова растапливал. И уже почти год он не работает на ТЭЦ. Тяжело: в той аварии под завалами погибла его супруга Наталья. Но, выступая в суде в статусе потерпевшего, бывший сотрудник ТЭЦ заявил, что троих подсудимых “виновными не считает”.

Ульяна АШИМОВА, Петропавловск