О масштабах этой разветвленной сети по продаже наркотиков через наркошоп в Telegram говорит ещё и то, что для расследования дела впервые была создана международная следственно-оперативная группа, в состав которой помимо спецпрокуроров вошли сотрудники управления по борьбе с наркотиками Министерства юстиции США. Цифровой след преступного дохода уводил в недра незаконных криптовалютных бирж, а денежными потоками, согласно материалам дела, управляли гражданин Афганистана и его сообщ­ник из России. Оба сейчас на скамье подсудимых.

О деле наркомаркета “Карбон” в июне этого года первым сообщил генеральный прокурор Казахстана Берик АСЫЛОВ. В ходе следствия, сообщил он, была раскрыта международная преступная схема с оборотом 70 млрд тенге.

Аншлаг на скамье подсудимых

Самый большой судебный зал специализированного межрайонного суда по уголовным делам Шымкента в первый день начала судебного разбирательства был переполнен. 18 подсудимых, большая часть которых содержится под стражей: в клетке на двух скамьях не было свободных мест. Вторая часть подсудимых, в отношении которых избрана мера пресечения домашний арест, сидели в общем зале. Десятки адвокатов, взволнованные родители и молодые люди, парни и девушки, впервые оказавшиеся в качестве обвиняемых по делу с перспективой сесть надолго. Уроженцы Шымкента, Алматы, Караганды, Павлодара, большинству из которых нет и 30 лет, дружно запрещают себя фотографировать.

Каждый, согласно материалам дела, был не прочь заработать быстро, легко и много, пусть и незаконно. Каждому отводилась в этой схеме своя роль, и суду теперь предстоит установить степень ответственности за эту роль.

Организатора этой транснациональной организованной группы установить пока не удалось, уголовное дело в отношении него выделено в отдельное производство. “Кластер” по производству и распространению наркотиков был налажен чётко: одни занимались производством “синтетики”, другие обеспечивали логистику и хранение, третьи вербовали закладчиков, четвертые искали дропперов и занимались денежными потоками.

Оглашая обвинительный акт, прокурор Мухтар АРЫСТАНОВ подчеркнул, что распространение наркотиков шло преимущественно посредством мессенджера Telegram. Виртуальный наркомаркет “Карбон” и его ответвления всего за пару лет нарастили многомиллиардные обороты. Конспирация на всех этапах взаимодействия была жесткой, в том числе с помощью системы бесконтактной связи, при которой участники группы не имели прямого взаимодействия.

Их свела крипта

Двоим из 18 подсудимых следствие предъявило обвинение в контроле и управлении многомиллиардными транзакциями в криптовалюте. Сложно представить, как в обычной жизни могли бы пересечься 27-летний гражданин Афганистана, таджик по национальности, Мухтар АХМАДИ и 42-летний москвич, гражданин Российской Федерации Евгений ЯСТРЕБОВ, но судьба их усадила на одну скамью подсудимых в шымкентском суде.

Два года назад Ахмади обосновался в Алматы, где зарегистрировал компанию, занимавшуюся строительно-монтажными работами. Впрочем, деятельности особой не было — налогов за весь период было уплачено всего около 600 тысяч тенге. А страховой агент Ястребов, многодетный отец, жил и работал в Москве.

Летом 2023 года, согласно материалам дела, они провели свою первую сделку с криптой на площадке Binance, установив контакт. При этом Ахмади, пришло к выводу следствие, был не просто трейдером, а одним из финансистов разветвленной преступной сети по отмыванию денежных средств, полученных от продажи наркотиков. Преступные деньги он конвертировал в криптовалюту, полностью замывая следы их происхождения.

После нескольких пробных сделок Ахмади предложил Ястребову сотрудничество на постоянной основе за определенный процент с оборота. Так россиянин, согласно материалам дела, и стал одним из ключевых звень­ев в цепи отмывания преступного дохода через крипторынок.

Более того, в материалах дела есть данные о том, что в эту работу по отмыванию денег Ястребов втянул своих близких, включая жену и друзей, открыв на их имя криптокошельки и проводя транзакции на десятки миллионов долларов.

Общая сумма легализованных им средств, по данным следствия, — более 35 млрд 738 млн тенге. Ахмади в свою очередь организовал сеть из 30 банковских счетов в различных казахстанских банках и вывел, как подсчитало следствие, почти полмиллиарда тенге и 512 тысяч долларов.

Впрочем, деньги от продажи наркотиков, прежде чем попасть к Ахмади и Ястребову, проходили многоступенчатое дробление при участии так называемых дропперов и мулов. Первые обеспечивали получение, обналичивание и первичную маршрутизацию средств, вторые отвечали за их транзит между различными счетами, дробили суммы и переводили. В ходе следствия было установлено множество банковских карт и счетов, по которым проходило движение криминального дохода.

Особо на этой ниве отличилась скромный товаровед одной из алматинских компаний 31-летняя Асель МОЛДАНАСАН. В её задачи, соглас­но материалам дела, входило обеспечение так называемых связок: банковская карта, оформ­ленная на подставных лиц, с доступом к личному кабинету, прикрепленный к ней верифицированный аккаунт на криптовалютных биржах и SIM-карта. Эти связки и использовали на различных этапах отмывания доходов.

На поток и по всей стране

Вся финансовая деятельность преступной группы была сосредоточена в Алматы, а лабораторию по производству “синтетики” разместили в Шымкенте. Изготовление мефедрона было поставлено на поток: в больших объёмах закупались различные составляющие этой отравы. Обвинение в организации нарколаборатории предъявлено трем участникам преступной организации — жителям Шымкента Исламу КЕРИМБАЕВУ, Марату КУЛУМБЕТОВУ и Даулету ШАМШИЕВУ.

О масштабах производства можно косвенно судить по результатам обыска в одной из точек: готового к реализации мефедрона там обнаружили более 6 тысяч граммов, а также множество канистр с прекурсорами, общая масса которых исчисляется сотнями килограммов. Ещё один обвиняемый — 23-летний уроженец Алматинской области Серик БАЗАРХАН, по версии следствия, обеспечивал логистику: искал и покупал в различных регионах Казахстана гаражи и другие складские помещения для перевозки и размещения наркопродукции.

Пицца, торт, вино

Стоит отметить, что в числе подсудимых есть несколько пар, которых связывает не только совместная работа в наркошопе. Девчонки в какой-то момент начинали помогать своим молодым людям и втягивались в работу по полной, демонстируя дисциплинированность и ответственность.

Взять, к примеру, 29-летних шымкентцев Шарифа МИРЗАСАЛИЕВА и Алину НУРМУХАМЕТОВУ. Эта парочка, по версии следствия, наладила сбыт продукции для так называемых VIP-клиентов, которые не будут заморачиваться поиском закладок. Дозы распространяли в том числе в ночных клубах, борделях и прочих злачных заведениях. Активно привлекали девушек, занятых в сфере интимных услуг. При этом, согласно материалам дела, имели неплохую маржу: закупали оптом по 15 тысяч тенге за грамм, а продавали уже по 50 тысяч. Делая заказ, их клиенты называли запретный товар пиццей, тортом и вином. Большинство заказов приходилось на ночные часы: банковские переводы в это время суток буквально зашкаливали.

Отдельно стоит сказать о способах вербовки на работу в наркошоп. Потенциальных участников привлекали объявлениями о “высокооплачиваемой работе” в соцсетях и на сайтах с вакансиями, не чурались и раздачей печатных листовок. Неплохо зарабатывать без опыта и образования хотелось многим. Затем начинался строгий и многоэтапный отбор претендентов, а после — обучение и стажировка.

Между тем неделю назад с закладкой была задержана сотрудница судебных органов Шымкента. В отношении неё по факту хранения наркотиков было возбуждено уголовное дело, сообщили в департаменте полиции. А в суде в свою очередь поспешили сообщить, что девушка проходила испытательный срок на должности ведущего специалиста межрайонного суда по уголовным делам Шымкента и его не прошла.

Алиса МАСАЛЁВА, фото автора, Шымкент